Продажа картин и других произведений искусства

По виду изобразительного искусства

По жанру

По технике исполнения

По стилю

По интерьеру


Картины по тематикам
Картины по художникам

Биография художников:

Русские художники
Зарубежные художники


Искусство лечебной живописи

Тулуз Лотрек Анри Мари Раймон де (1864—1901)


Главная » Зарубежные художники » XIX (19 век) » Тулуз Лотрек Анри Мари Раймон де

Творчество и биография - Тулуз Лотрек Анри Мари Раймон де

Тулуз Лотрек Анри Мари Раймон де, выдающийся французский художник. Родился в Альби на юге Франции в семье, принадлежавшей к крупнейшему аристократическому роду, некогда возглавлявшему крестовые походы. У него с детства проявился талант художника. Однако живописью он занялся после падения с лошади (в четырнадцать лет), в результате которого стал инвалидом. Вскоре после того как отец познакомил его с Пренсто, Анри стал постоянно сам приходить в мастерскую на улице Фобур-Сент-Оноре. Часами он мог смотреть, как художник рисует или пишет.

Кстати, для Пренсто характерно было, что он почти никогда не изображал животных в состоянии покоя. Он был художником движения. И это восхищало мальчика. Еще ему нравились в художнике его насмешливый ум, умение подмечать комичные и слабые стороны человека. Не чувствовал ли он и в себе эти черты? Лотрек все время рисовал. И это было не только естественным стремлением ребенка подражать взрослым, но и насущной потребностью: рисунок для него был еще одним способом — а может быть, даже и главным способом! — выражать свои мысли. Когда его что-то волновало, что-то поражало, он сразу же брался за карандаш. Он с восторгом открывал безграничные возможности карандаша, для него это был второй язык, элементы которого он по мере надобности создавал сам. Мальчик наслаждался этой удивительной игрой, поражаясь тому, что могут сделать его пальцы. Поля его классных и домашних тетрадей были испещрены рисунками. Кроме лошадей, наездников, собак и птиц он рисовал своих одноклассников, проявляя при этом большую наблюдательность — несколькими штрихами, не всегда удачно, но всегда живо и своеобразно передавал, зачастую шаржированно, внешний облик и характерные жесты своих товарищей.

Здоровье «Малыша», увы, не улучшалось. Он часто пропускал занятия. В 1873 году вместо осени он пошел в лицей только в декабре. Но, несмотря на такие перерывы в занятиях, учился он отлично. Он быстро нагонял своих товарищей и, судя по списку наград, присужденных в июле 1874 года, по четырем предметам получил первую премию, а по нескольким другим — похвальные грамоты. В восьмом классе он был одним из лучших учеников. Этот год он закончил поистине блестяще. Графиня Адель имела полное право гордиться сыном. Но ее гораздо больше, чем отметки, волновало здоровье «Малыша». Ему было уже около десяти лет, а он оставался все таким же тщедушным, со слабенькими ножками. Опасения матери подтверждались все больше.

Лотрек без устали писал. И пил тоже без устали. Хорохорясь, как петушок, он щеголял своей беспутной жизнью, с циничной беспечностью отмахиваясь от нравоучений Буржа, Альбера и всех, кого огорчало его поведение. Он смеялся: «Надо уметь терпеть самого себя». Он писал уличных женщин Монмартра, этих «девочек», как их называли. Теперь от его картин, на которых он изображал этих женщин, отупевших и несчастных, веяло грустью. Но сам он смеялся, смеялся так, будто никакой грусти не было. Иногда, правда, у него вырывались слова: «Тому, кто говорит, что ему наплевать, на самом деле совсем не наплевать... потому что тот, кому действительно наплевать, об этом просто не говорит». Трудно было сказать, о ком и о чем он думал в этот момент. С некоторых пор внимание Лотрека привлекала одна постоянная посетительница «Элизе-Монмартр», с рыжими волосами, которые прямыми прядями падали на ее узкое худое лицо.

Эта девица с печальным и животным выражением лица вскоре стала одной из любимых моделей Лотрека. Он сделал с нее несколько этюдов. В картине «В Монруже», которую Брюан повесил у себя в кабаре, Лотрек написал ее стоящей у окна в темной комнате, вполоборота к свету, со спадающей на глаз прядью волос. Ее взлохмаченные волосы и профиль выделяются на светлом фоне. Чарующий трагический образ! Кто-то из дружеских побуждений предупредил Лотрека, что ему не следует заводить слишком близкое знакомство с Рыжей Розой: «Будь осторожен, дорогой, она может сделать тебе такой подарочек, от которого ты не отделаешься никогда». Но Лотрек пренебрег этим советом. Рыжая Роза заразила его.

Лотрек работал все более и более плодотворно. Он увлеченно писал картину за картиной — сцены в «Элизе-Монмартр», портреты, этюды с танцовщиц и клоунов. Осенью он написал большую картину— размер ее метр на два: на арене цирка Фернандо гарцует наездница, а мсье Луаяль с хлыстом в руке подгоняет лошадь. В этой картине — картине мастера, хотя художнику всего двадцать четыре года! — композиция решена смело и необычно, здесь Лотрек нашел свою формулу, освоил «ремесло штукатура». Порвав окончательно с натуралистической передачей видимого, с законами перспективы, а также с открытиями импрессионизма, Лотрек, взяв от японцев то, что ему было нужно, по-своему решил пространство и передачу движения ритмом контурных линий, очень выразительных и произвольных. Его стиль определяли цветные валеры, подчиненные основному тону картины.

Наездница в цирке Фернандо — молодая женщина из богатой семьи, которая, влюбившись в своего преподавателя верховой езды, бросила мужа и, следуя своему призванию, занялась вольтижировкой и джигитовкой. Лотрек попросил ее позировать ему в мастерской. Этюды, которые он написал с нее, были сделаны на картоне большими мазками. В этих работах он сочетал технику Ван-Гога с приемом Рафаэлли. Этот прием состоял в том, что на листы картона тонким слоем наносилась сильно разбавленная растворителем краска. Картон впитывал ее, и она приобретала матовую фактуру пастели. Смелыми, широкими, раздельными мазками Лотрек записывал фон. Работая в цвете, он рисовал кистью, поэтому работы его приобретали острую характерность, на что не могли претендовать произведения, решенные более мягко, обычными методами. Лотрек выработал свой почерк.

Может быть, эти решительные успехи объяснялись его болезнью и связанной с нею повышенной возбудимостью? По требованию Буржа, который продолжал его опекать, Лот-рек принялся энергично лечиться. Но достаточно ли для него только лечения? Ведь совершенно ясно, что жизнь, которую он ведет, ему противопоказана, ведь Бурж беспрестанно твердил, что «больной сифилисом особенно нуждается в сне... Он не может безнаказанно перенапрягать свой ум, свои душевные силы...».

Воспользовавшись моментом, когда у Лотрека был период депрессии, Бурж уговорил его поехать в деревню, набраться там сил. Лотрек вместе с Гранье поселился в Бри, в местечке Вилье-сюр-Морен. Там он провел три осенних месяца. Три месяца спо- койной жизни. Он удил рыбу и работал. Там он написал портреты Гренье и Лили. Вечерами, когда все собирались в доме, Лотрек, развлекая Гренье и себя самого, с поразительным остроумием и живостью, с неиссякаемым воображением без конца рисовал забавные сценки, в большинстве своем весьма пикантные. В Париж Лотрек вернулся в начале 1889 года. «Теперь я поеду к другим свиньям»,— сказал он, уезжая из Вилье.

Пребывание в Бри благоприятно подействовало на Лотрека, и он с новыми силами окунулся в привычную жизнь. В равной мере он изголодался и по работе и по развлечениям. Он закончил рисунки для «Курье франсэ», но в основном он писал. Написал Рыжую Розу, женщин в саду папаши Фореста, зал «Мулен-де-ла-Галетт» — большую композицию, выдержанную в динамичном ритме, оригинальную по компоновке деталей, затем картину из театральной жизни, первое значительное произведение об этой среде — пронизанный иронией портрет актера Анри Самари, игравшего в «Комеди Франсэз», в пьесе Жюля Сандо «Мадемуазель де ла Сеглиер». Это, скорее, портрет костюма, если можно так выразиться, чем человека,— в нем интересен только костюм. В этом году Лотрек выставлялся в художественном и литературном кружке на улице Вольней, который некогда любил Пренсто, и — во второй раз — в «Салоне нелепого искусства» под псевдонимом, которым он уже подписывался раньше, — «Толо-Сегрог, проживающий на улице Иблас, под третьим фонарем слева, ученик Пюби де Шваль, специалист по пастельным семейным портретам с желтым фоном». В этот раз Лотрек выставил «Портреты несчастной семьи, больной сифилисом».

Лотреку хотелось показать свои работы в компании с Анкетеном и Бернаром на выставке «Группы импрессионистов и синтетистов», которую Гоген организовал у Вольпини, владельца кафе «Дез Ар» на Всемирной выставке, но Гоген отказался пригласить Лотрека. В 1882 начал изучать искусство в Париже. Здесь он открыл для себя живопись Э. Мане, познакомился с В. Ван Гогом, К. Писсарро, Э. Дега, Ж. Сера и Гогеном. Он восхищался гравюрами Ф. Гойи и работами Дега. Был вдохновлен японскими гравюрами. Во 2-й половине 80-х выработал свой стиль: для него характерна техника письма раздельными мазками, штрихами, пятнами и точками чистых и светлых тонов. В центре внимания Лотрека, в отличие от импрессионистов, был человек. В 1885, когда Лотрек поселился на Монмартре, район сохранял черты полудеревенского пригорода. В 80—90-е здесь одно за другим открывались кабаре, где публика могла танцевать или, сидя за столиками кафе, смотреть на танцующих и слушать модных певцов. Этот мир стал темой творчества Лотрека. О танцовщицах из кабаре и проститутках художник написал серию картин в своей особой манере, отличающейся яркими красками, смелостью композиции и блестящей техникой (с 1884 по 1892). Большим успехом пользовались его литографические плакаты (начиная с 1891), мастерски выполненные и сохраняющие при этом вид спонтанного рисунка. В последующие годы он много сделал для развития искусства плаката.

Не пришло ли Лотреку время подумать о большой персональной выставке? Ему уже исполнилось двадцать восемь лет и у него накопилось такое количество произведений — больше трехсот работ маслом, плакаты, литографии, не говоря уже о рисунках, — что другой художник на его месте кичился бы этим. Но Лотрек был настолько поглощен своей работой и своей трагедией, что это ему и в голову не приходило. Он не думал о славе, считая себя любителем, и всегда бывал несколько смущен, если его хвалили.

Жуаян предоставил ему для выставки галерею на бульваре Монмартр. Решили, что персональная выставка Лотрека состоится в начале 1893 года. Однако Лотрек, словно ему необходима была чья-то поддержка, предложил Шарлю Морену разделить с ним эту честь. Лотрек выставил в галерее около тридцати произведений, среди которых были картины, посвященные «Мулен-де-ла-Галетт» и «Мулен Руж», плакаты и литографии. Выставка — она длилась два месяца: январь и февраль — была принята очень благожелательно. Критик Роже Маркс писал в «Рапид»: «Давно уже не встречался такой талантливый художник, как Тулуз-Лот-рек, возможно, что его сила заключается в согласованности его дарований — я имею в виду способность художника глубоко анализировать, которая удачно сочетается с острой манерой письма. Своей жестокой, беспощадной наблюдательностью он приближается к Гюисмансу, к Беку, ко всем тем, кто умел отобразить на внешнем облике модели ее внутренний мир». Большинство критиков присоединилось к этому мнению. Гюс-тав Жеффруа, который встречался с Лотреком в ресторане Дру-ана на площади Район на гастрономических ужинах и хорошо знал его, писал в «Жюстис» в номере от 15 февраля 1893 года, что художник «показал себя способным выразить становление личности...» Это высказывание очень позабавило Лотрека, и он по любому поводу восклицал: «Да, жизнь! жизнь! Это становление ужаса увеселительного заведения!» Даже «Тан», газета, не имеющая обыкновения бросать слова на ветер, похвалила художника: «Дорогой наш друг Тулуз-Лотрек, вы циничны и суровы по отношению к роду человеческому... Вы воспеваете отбросы общества, обнажая все его язвы. Вы, дорогой наш друг, продувная бестия!». Лотрек мог быть удовлетворен.

Но по-настоящему его волновало мнение лишь одного человека, а именно Дега, которому он послал «личное приглашение». И вот в один прекрасный вечер, закутавшись в свою крылатку, на выставку пришел Дега. Он подолгу задерживался у каждого произведения, что-то напевал, но не произносил ни слова. Лотрек, волнуясь, ждал. Дега обошел зал и стал спускаться по винтовой лестнице, которая вела в подвал. Еще мгновение — и он исчезнет. Но вдруг он остановился, обернулся: «Да, Лотрек, чувствуется, что вы мастак!» Лотрек расцвел.

Умер художник 8 сентября 1901 г. в замке Мальроме.

Постоянно пополняющаяся картинная галерея и биография художников.


Нашли ошибку? Есть чем дополнить? Пишите
E-mail: *
Тема:
Текст сообщения: *
Поля, помеченные знаком *, обязательные для заполнения
 
О проектеКонтактыРеклама на сайтеПользовательское соглашениеновостиИспользуемая литератураКарта сайта


Полное или частичное копирование материалов сайта разрешается только с письменного
разрешения администрации. При использовании материалов
необходимо ставить ссылку на сайт.
Ограничение ответственности
Политика конфиденциальности